Рыночная экономика начала 90-х: реформы Ельцина, Гайдара, Явлинского, Чубайса

Для возрождения экономики, находившейся в упадке после (из-за — ?) распада СССР, новым правительством во главе с Ельциным было принято решение вывести её на рыночные рельсы (в какой-то мере это было продолжение курса Горбачёва).

Отчасти подобное решение можно считать политическим ходом, выводившим Россию на мировой экономический рынок, не допуская отставания от таких государств, как США или Германия. Вопрос лишь в месте и специализации. Впрочем, опыт СССР подсказывал, что проще всего начать с природных ресурсов — так и поступили, и, увы, в конечном итоге этим и ограничились.

Внутри страны, отказавшись от государственного регулирования цен, государство предоставило относительную свободу действий предпринимателям, впрочем, побочным эффектом распада СССР была гиперинфляция, и доходы быстро обесценивались.

Но реформирование было необходимо, оно было первой ступенью формирования свободного рынка и частного предпринимательства, залогом иностранных инвестиций и новых технологий.

Монополизация рынка и отсутствие финансирования малого и среднего бизнеса были печальным наследством эпохи застоя.

Гайдар, оглядываясь на опыт преуспевающей Америки, предложил ряд реформ, основанных на упрощении ведения малого и среднего бизнеса, а также на финансовых вливаниях со стороны частных лиц путём продажи им госсобственности. На тендерной основе предполагалась продажа или сдача в аренду различных объектов тяжелой и лёгкой промышленности.

Гайдар проводил политику шоковой терапии: либерализация цен, сокращение денежной массы и приватизация убыточных государственных предприятий. По идее она должна была вывести страну из экономического кризиса, но на практике во многих странах этот подход приводил к разгулу олигархии, авторитаризму вплоть до тоталитаризма.

Сегодня задаются резонные вопросы: почему, зная последствия и негатив шоковой терапии, её решились проводить у нас? Куда спешили? Почему не пошли по пути постепенного перехода к рынку?

Сам Егор Тимурович утверждает что всё делалось ради двух целей: избежать голода (вполне реального на то время) и не допустить гражданской войны.

Альтернативой Гайдару была программа 500 дней Явлинского (на самом деле — Шаталина): экономика должна была быть децентрализированной, но не предусматривались источники финансирования местных бюджетов в регионах, частное предпринимательство должно развиваться, но никаких стартовых капиталов даже на кредитных условиях не предоставлялось. Плюсом программы Явлинского было, по крайней мере задекларированное, возложение проблем перехода к рынку прежде всего на государство, а не на простых граждан.

Проблемой было и полное отсутствие экономической грамотности граждан: истории с пирамидами — этому подтверждение. Это мало изменилось и через 25 лет.

Приватизация предприятий, по мнению Гайдара, должна была обеспечить непрерывные потоки инвестиций в госбюджет, но она имела один большой минус. Если предприятие приватизировано, то правительство не имеет контроля над его товарооборотом и уровнем доходов. Если не останется ни одного государственного предприятия, то у страны не будет мощного рычага воздействия на экономику – контроля цен. Оно не сможет регулировать уровень производства и количество предложения, ведь отрасли индустрии вместе с фабриками и заводами, а также большой частью земельных участков сосредоточены у частных лиц, большинство из которых – монополисты.

Угрозы дефолта вынуждали правительство искать новые финансовые инвестиции. Приватизация госпредприятий поддерживалась многими политиками, в т.ч. Чубайсом, который считал её экстренным, но действенным способом оживления экономики, но и здесь есть скрытая отсылка на выгоду запада: кто сможет купить предприятие в период глубокого финансового кризиса, кроме зарубежных инвесторов? Новое государство с ещё несформированными отраслями экономики было хорошим плацдармом для ведения иностранными инвесторами полного контроля над рынком.

С другой стороны: необходимо было создавать собственника. Своего, российского. Если ни у кого нет средств, то как раздавать предприятия. Раздали своим (это оценочное суждение, личное мнение автора, не более того). Это по-крупному, в остальном: бывшие партийщики меняли власть на капитал. Часто — бестолково: покупался завод, закрывался и резался на металлолом: так быстрее можно было получить прибыль.

В 91 году команда Гайдара приняла решение ориентироваться на иностранные инвестиции, а внутренние инвестиции в рублях запретить (интерпретация Вашингтонского консенсуса): для этого сделали запредельную ставку в рублях, чтобы рублёвые кредиты пожирали всю прибыль.

Позитивной чертой новой рыночной экономики была либерализация цен. Если раньше госстандарт определял качество продукции, количество единиц того или иного товара, то теперь исключительно спрос диктовал предложение, а не наоборот.

Не обошлось без влияния импорта: рынок наполнился новыми товарами, которые ранее не были на полках магазинов, и качество привозных вещей было на порядок выше ввиду отсталости индустрии молодого российского государства, которое, ввиду наличия более важных политических проблем, вроде конфликтов в Чечне, не уделяло внимания производственному сектору экономики.

Ликвидация товарного дефицита была чертой некоего видимого благополучия, ведь повторение истории с пустыми магазинными полками могло повести еле успокоившийся народ на новые бунты.

Реформирование было необходимо, оно было первой ступенью формирования свободного рынка и частного предпринимательства, введения иностранных инвестиций и новых технологий. Мы прошли этот путь, не все, для большинства он оказался слишком сложным. Тем более у нас оснований — изучать это время и не повторять прежних ошибок.

А  чем вам запомнились эти годы в плане личных, семейных финансов, потрясений? Как вы относитесь к Явлинскому, Гайдару, Ельцину?


  1. Иван:

    Хорошо помню 90е, весь бардак в том числе меченого урода трусливо предавшего страну и пьянь её потом раздававшую, толстопуза экономиста троечника и всю др….звиздобратию, надеюсь эти «люди» получать своё до 7го колена_ну да Бог им судья.,_не растерялся конечно и выкрутился, но осадочек остался, как следствие до сих пор мечтаю врезать меченому михуилу по зубам как следует, за всё «хорошее».,на полном серьёзе уверен что если-бы не В.В то стране пришёл-бы реальный капец и дай-то Бог не испытать моим детям этот армагедон под названием «перестройка».

    • Investor:

      Бытует мнение, что Горбачёв спас страну от гражданской войны, сделал попытку реанимировать затухающую экономику.

  2. Артем Анисимов:

    Время было действительно тяжелое. По истечении времени все равно остался осадок. Я далек от политики и поэтому тяжело ссудить о том каким образом повлияли реформы на простого обывателя, но по ощущениям решения были не самыми удачными. Вообще тот период был переломным моментом и надо отметить перемены были не самыми лучшими. Но радует что ситуация меняется в лучшую сторону.

  3. Tykhon:

    Чем мне и моим знакомым запомнились эти годы? Прежде всего, мы прекрасно понимали, что никаких реформ никто проводить не собирался — уж и не знаю, кем надо было быть, чтобы поверить тем обещаниям «политиков», которые непрерывным потоком лились с газет и с телеэкранов… Вот мы и не верили! Что касается финансовых потрясений — то да, они, конечно, были, как и у всех, но… Принимая во внимание, что мы тогда проживали в небольшом городе (полугороде-полудеревне), где и до этого было не густо с работой, то особых потрясений наша семья не ощутила, поскольку все мы давно уже привыкли «крутиться» — подрабатывать там и сям, немножко фарцевать, немножко спекулировать, держать два огорода (и это — семья инженеров!) и т.д.. Прошло буквально несколько лет — и этих уродов, так называемых апологетов рыночной экономики, стали называть в СМИ своими именами!

  4. Виктория:

    Моя бабушка потеряла тогда все накопленные за жизнь сбережения «на книжке». Отец же верил, что трудности — не более чем «болезнь роста» и следует «занять нишу и закрепиться». Сама же я была тогда школьницей и больше думала о вдруг ставших доступными джинсах и открывшихся просторах сказочного Запада, чем о глобальных вещах. Но моя семья так и не «поднялась» тогда — отец погиб, и начатый на тот момент весьма успешный бизнес по домашнему пошиву кожаных курток ушел в небытие.

  5. станислав:

    Людям старшего поколения тогда действительно пришлось не сладко, они теряли квартиры, сбережения, работу. А я был молод и «гол как сокол». У моей матери, инженера, зарплата в месяц была 10 долларов, а я на рынке, торгуя турецкими штанами за выходные, зарабатывал 50. А в будние дни был студентом, учился на инженера. Прикинув всю эту нехитрую математику, бросил институт и ушел в коммерсанты. Жизнь дала шанс — я ухватился. Поэтому и к политикам той эпохи, «младореформаторам» отношусь положительно. Не начни они тогда свои реформы, быть мне инженером, как пить дать.

  6. Наталья:

    Ничего в этих реформах для обычных людей не было, процветала коррупция , грабеж, все воровалось, никакого развития в бизнесе, все что строилось союзом, рушилось и уничтожалось, время бандитов и рекета, очереди за хлебом и колбасой, у многих разрушилась жизнь, обанкротились, а бандиты обогатились на многие года хватило, могли посреди улицы перестрелку устроить, люди пропадали просто так без вести и никто их не искал.

  7. Nataly:

    Я выросла в семье ИТРовцев, к тому же, в начале 90-х пришлось переезжать с севера в центральную Россию на пустое место. И мы полной горстью хлебнули безденежье, дешевые химические бульоны из Польши или какого-нибудь подвального «кооператива», вместо нормальной, которая резко стала не по карману. Квартиру хоть успели получить (правда убитую). Ни огорода. ни дачи… Помню как родители получали зарплату раз в пол-года, потому что предприятия в их отрасли рушились как доминошки, а мы с сестрой ничем не могли помочь, кроме того, что ничего не просили.
    Надеюсь, для всей шайки-лейки, «реформировавшей» экономику, а по сути, разворовавшей ее в узком кругу, на том свете приготовлены самые глубокие котлы и острые вилы.

  8. Ирина:

    Все испытала на себе сполна. И работу за гроши, и мелкое предпринимательство и работу в налоговой инспекции. Отлично видела как перераспределялась гос.собственность, как резались заводы. Запомнилось еще огромным наплывом некачественной продукции. Непростое время. У кого то были легкие деньги, а кому то не хватало на самое необходимое. При чем, сегодня у тебя могло быть изобилие, а завтра буквально нечего есть. О грабежах вообще молчу.

  9. Андрей Николаевич:

    Финансовый казус случился в начале 90-ых и в моей семье.Осенью 1992 года я призвался в армию, инженерно-строительные войска. Через пару месяцев мать написала, что продала дачу, а деньги положила в банк на мое имя. Буквально за месяц экономику накрыла инфляция, и моя месячная зарплата строителя выросла до цены продажи дачи… В итоге мою зарплату до конца службы инфляция съела полностью, а смешные деньги из банка за дачу я даже не стал забирать.
    И пару слов о Гайдаре. Да, возможно, его действия не были популярными, но они создали платформу для рыночной экономики. Но самое главное его достижение-он уберег страну от войны, разрешив осетино-ингушетский конфликт. И неприятно читать,когда пишут,что он развалил сельское хозяйство и промышленность — их развалили местные чиновники, набив себе карманы.

  10. Wlad:

    Реформы были проведены бездарно , да и что можно было ждать от экономиста партийной газеты и секретаря обкома. Все проводилось в угоду небольшой кучки людей, приближенных к правительственной кормушке. Одна ваучеризация чего стоит: раздали ваучеры, а купить акции предприятий на них простому человеку было нельзя, только ваучерным фондам, которые никто не контролировал и где они теперь? Один обман. Раздали за бесценок нефтяную и водочную продукцию, на чем всегда держался бюджет государства, и пошли побираться по миру.

  11. Мария:

    Всего помнить не могу в силу возраста. Не помню разбойства, о котором слышала, малиновых пиджаков. Зато помню как хотелось лосины и родители мне их купили, приставку «Денди», первый видеомагнитофон, ваучеры, которые мы ездили, почему-то, продавать в Москву, папин бизнес «купи-продай». Хорошо запомнился нашей семье кризис в конце 90-х. Мама тогда была в декретном отпуске, папу сократили с работы. Еле выжили тогда. Помогала чем могла моя бабушка. Она жила в селе, а там всегда легче. Хотя ей самой пенсию платили с большими задержками.

  12. Катя:

    Честно, меня не коснулись такие вот беды 90-х, я выросла в достаточно обеспеченной семье, дедушка тогда начал заниматься собственным бизнесом и весьма успешно. Мне привозили вещи из-за границы, в очередях в магазины за продуктами мы не стояли. Единственное помню стояли с мамой в комиссионный магазин за какими-то модными духами- это единственная очередь, которую я отстояла в 90-х. К Ельцину я отношусь очень ровно, помню его веселые пляски по телевизору постоянно показывали.

  13. Валентина:

    Сегодня наверное гораздо легче рассуждать о реформах в 90-е, чем эти реформы пережить. Тогда я была еще школьницей, но многое отчетливо помню. Мои родителе тоже потеряли сбережения. Много лет копили, что бы купить мебель в квартиру, которую должны были получить согласно очереди. Квартиру все-же получили в конце 92 года, а вот обставить ее или сделать хотя-бы косметический ремонт долго не могли. Хоть и работали, но зарплату не получали по несколько месяцев.
    Наверное многим также запомнился наплыв низкокачественных товаров, когда наш шоколад был подменен соевым, вовсю продавался дешевый алкоголь, даже детям. То же самое можно было сказать об одежде, косметике и многом другом. Создавалось впечатление, что не страну спасают от голода, а зарабатывают кто сколько сможет на и так обедневшем народе.

  14. Николай:

    90-е – это мое детство и юность. Детство под грохот выстрелов из танков, бьющих прямой наводкой по дому правительства и юность, когда молодые парни гибли в чеченских войнах одетые и вооруженные намного хуже бандитов. К Ельцину у меня сильно негативное отношение, раздербанил страну. А все эти реформаторы-западники, может и хотели блага, но наивно копируя опыт зарубежных стран, окончательно угробил всю экономику. Но в 90-х, несмотря на все невзгоды, была свобода, которой уже давно в России нет.

  15. Елена Сказочница:

    Лично для меня 90-е года запомнились безработицей. В 93-м году ушла в декретный отпуск, а возвращаться на работу уже не было куда. Стеклозавод закрылся. Долго не могла собрать документы и стать на биржу, в итоге безпрерывный стаж и вредность пропали. Из позитива — рождение дочки, а что касается финансов, то сплошной негатив.

  16. Дмитрий:

    Для меня времена 90-тых это первый видеомагнитофон, и чтоб посмотреть фильм собиралось пол дома. Для меня это детство в котором было много увлечения, а игра где волк ловит яйца это мечта. Да, не было изобилия, и я не думал в каком положении Россия, и мы практически и не знали что и как там за её пределами. Ельцин был отличным и очень уважаемым президентом, а факт что я как и он родился первого февраля я всегда говорил с гордостью. О том что идет настоящая война за власть, в слух практически не говорили.

  17. Олег:

    Да, времена были «Ух!» просто! Хорошо не растерялся и вместо страданий и жалоб, начал использовать ситуацию — пошел в коммерсанты. Тем более, что не регулировалось практически ничего — «куй бабло пока не началось». Два месяца — новая «семерка», полгода — хоть и небольшая, но квартира… А вот родители попали: копили на машину и деньги в Сбере держали. Ну и заморозили их. Пришлось купить отцу «однерку» и подарить — иначе замучался бы слушать про «плохую жизнь» и «как они всю жизнь пахали не покладая рук»! 🙂

Оставить комментарий



Раздел: Экономическая История, Автор: Дмитрий Pessimist
|